Российский конгресс лабораторной медицины

Улицы Лабораторного города


Лекарь Дмитрий Леонидович Романовский (1861-1921) - врач-терапевт, гематолог, микробиолог и инфекционист.

С.-Петербургский мещанин, православного вероисповедания, родился в Псковской губернии; среднее образование получил в 6-й С.-Петербургской гимназии. В 1880 г. поступил в Спб. Университет на естественное отделение физико-математического факультета, где прошёл два курса, а в 1882 году был принят в число слушателей тогдашнего «приготовительного» курса Военно-Медицинской Ака-демии, которую окончил с отличием в 1886 году. 30-го ноября, 1886 года был назначен младшим ординатором Иваногородскаго военно-го госпиталя, а 31-го декабря того же года переведен младшим вра-чом в Ревельский местный лазарет, где состоял до конца сентября 1889 года, находясь в терапевтическом отделении. В сентябре 1889 года был прикомандирован к Петербургскому Николаевскому воен-ному госпиталю, где состоял сначала при клиническом отделении проф. М. И. Афанасьева, а с мая 1890 г. заведует глазным отделе-нием госпиталя. — Диссертация РДЛ «К вопросу о паразитологии и терапии бо-лотной лихорадки» Спб. 1891 г., стр. 118.

Д. Л. Романовский предсказывал, что в будущем будут найде-ны специфически действующие вещества для борьбы и с другими заболеваниями, способные в максимальной степени повреждать паразитов и наносить минимальный вред тканям хозяина. Предска-зания Д. Л. Романовского настолько не соответствовали уровню развития науки того времени, что совершенно не привлекли внима-ния учёных. Однако именно эту идею возродил П. Эрлих, основав химиотерапию.

Окрашивание по Романовскому

Метод Романовского (метод Романовского–Гимзы) — ориги-нальный метод окраски клеток в мазках и срезах ткани смесью эозина, азура и метиленового синего, предложенный Д. Л. Рома-новским в 1891 году и модифицированный в дальнейшем немецким ученым Г. Гимзой (1905). Применяется также в бактериологии, виру-сологии, для изучения морфологии тканевых структур, окраски хро-мосом в мазках и т. д.

Рабочая группа экспертов по красителям и методам окраски ICSH, состоящая из наиболее видных учёных, даёт следующее определение: «Эффект окрашивания Романовского заключается в том, что синий катионный краситель азур B и красно-оранжевый анионный краситель эозин Y при взаимодействии с биологически-ми субстратами дают больше цветов, чем только синий и крас-но-оранжевый. Красно-фиолетовый (purple) — самый важный цвет, который характеризует эффект Романовского». Исходя из этого определения, окраска по Романовскому, или, как ещё говорят, окраска типа Романовского — это группа методик, в которых прояв-ляется одноимённый эффект. Несмотря на длительную историю, «окраска по Романовскому и сейчас имеет выдающееся значение для морфологической идентификации гемопоэтических и других ти-пов клеток. Продолжается осмысление механизмов эффекта Рома-новского, разрабатываются новые варианты способов окраски, в частности, что очень важно, наконец, делаются попытки внедрения в практику стандартизованных методик».

Никифоров Михаил Никифорович (1858-1915) – патологоана-том. После окончания в 1883 году медицинского факультета Мос-ковского университета работал экстерном в прозектуре московской Старо-Екатерининской больницы. С 1885 года — помощник прозек-тора Патологоанатомического института Московского университе-та, а с 1887 года - прозектор института. В 1894 году избран профес-сором патологической анатомии Московского университета, а в 1897–1915 годах - директор Патологоанатомического института.

Основные труды посвящены совершенствованию гистологиче-ских и бактериологических методов, гистогенезу грануляционной ткани, возвратному тифу, морфологии хорионэпителиомы. Автор атласа по патологической анатомии. М. Н. Никифоров известен ра-ботами по гистогенезу грануляционной ткани, опухолей, созданию методик гистологического исследования. Им составлен атлас пато-логической анатомии, а также создан учебник микроскопической техники, выдержавший 8 изданий.

Создал крупную школу патологоанатомов (А. И. Абрикосов, И. В. Давыдовский, В. Т. Талалаев, М. С. Мельников-Разведёнков и др.).

Главные труды: "Микроскопическая техника" (М., 1-е изд., 1885; 7-е изд.); "О патологоанатомических изменениях селезенки при возвратной горячке" (диссертация, М., 1887); "О способах ис-следования соединительной ткани при воспалении" ("Труды II съез-да врачей в память Пирогова"); "Дифференциальная диагностика неоплазм и воспалительных новообразований" (ibid.); "Сифилис сердца" ("Медицинское Обозрение", 1889); "Ueber den Bau und Entwickelungsgeschichte des Granulationsgewebs" ("Ziegler's Beitrage", 1890); "Ueber die pathol. anatom. Veranderungen des Ruckenmarkes in Folge schneller Herabsetzung des barometrischen Druckes" (ib., т. XII); "Атлас патологической гистологии в фототипи-ческих микрофотографиях" (1900); "Очерк патологической гистоло-гии гинекологических заболеваний" (М., 1900); "Основы патологиче-ской анатомии" (М., 1-е изд., 1899; 4-е изд., 1913); "Anaemia splenica на почве трипанозомиаза типа Kala-azar" ("Медицинское Обозре-ние", 1910); "О регенеративных процессах в печени при острых ин-фекционных болезнях и гигантских эпителиальных клетках в ней" ("Медицинское Обозрение", 1911) и др.

Вклад в лабораторную методологию:
  1. метод наблюдения под микроскопом за ростом анаэробов в висячей капле, помещенной в специальную камеру, из которой удаляется кислород;
  2. метод окраски бактерий в срезах ткани с помощью смеси, со-стоящей из спиртового раствора тропеолина и насыщенного раствора метиленового синего;
  3. метод фиксации мазков крови смесью этилового спирта и без-водного серного эфира.

Ипполит Васильевич Давыдовский (1887—1968) - патолого-анатом. Академик АМН СССР (1944), Герой Социалистического Труда (1957).

Ипполит Васильевич Давыдовский родился 20 июля (1 авгу-ста) 1887 года в городе Данилове Ярославской губернии в семье местного священника, второй из шести детей. В 1892 году отец назначен священником в село Николо-Корма Рыбинского уезда той же губернии, здесь Ипполит учился в церковно-приходской школе. В 1896 году умерла мать, в воспитании Ипполита большую роль сыг-рала бабушка по матери. В 1898 году Давыдовские переехали в го-род Ростов той же губернии в связи с конфликтом отца с местной помещицей, лишившей крестьянских детей возможности пользо-ваться тёплым помещением при школе. Отец в Ростове служил в церкви Козьмы и Демьяна, жила семья в двухэтажном доме № 56 по улице Ярославской (ныне Пролетарской). В 10 лет Ипполита опре-делили в первый класс Ярославской губернской мужской гимназии. Во время учёбы он пять лет жил у дяди псаломщика, пел в хоре Ки-рилло-Афанасьевского монастыря, в шестом классе устроился гу-вернёром-репетитором к сыну ярославского богача С. Я. Лопатина, получая помимо жалованья еду и жильё.

В 1905 году Давыдовский поступил на Медицинский факуль-тет Московского университета. Лета 1908 и 1909 годов он работал фельдшером без оплаты в ростовской больнице, увлекаясь микро-скопией. В 1911 году закончил университет и некоторое время ра-ботал санитарным врачом в Новой Ладоге Петербургской губернии, затем земским врачом в селе Ильинское-Хованское Ростовского уезда Ярославской губернии. Сдав экзамены на доктора медицины, поступил сверхштатным ассистентом на кафедру патологической анатомии Московского университета к профессору М. Н. Никифорову, в сентябре 1911 года стал прозектором Яузской больницы (в советское время Городская клиническая больница № 23 им. Медсантруд), в которой работал на протяжении полувека. В Первую мировую войну служил младшим врачом 4-го Сибирского стрелкового полка, затем заведовал лабораторией инфекционного госпиталя, а после всего Западного фронта. В военно-полевых условиях занимался изучением патологической анатомии сыпного тифа. В 1921 году на эту тему Давыдовский защитил докторскую диссертацию «Патологическая анатомия и патология сыпного ти-фа». Демобилизовавшись, вернулся к прежним должностям.

В конце января 1924 года утверждается заведующим отрас-лью лечебного отдела городского отдела здравоохранения, то есть фактически главным патологоанатомом Москвы. Под его руковод-ством организованы вассермановские станции, районные клиниче-ские и химико-бактериологические лаборатории. По его инициативе с 1925 года в стране во всех лечебных учреждениях была введена обязательная регистрация биопсий, а с 1929 года все удаляемые хирургами материалы подлежат обязательному микроскопическому исследованию; предложил ныне повседневно применяемый прин-цип сличения клинического и анатомического диагнозов, клинико-анатомические конференции, регистрацию врачебных ошибок.

С 1930 года и до конца своей жизни возглавлял кафедру па-тологической анатомии 2-го Московского медицинского института. Организовал на ней в 1935 году общегородские научные морфоло-гические конференции. В 1925 году в преподавании частной пато-логической анатомии ввёл вместо органопатического нозологиче-ский принцип. Увлеченный идеями Н.И. Пирогова, Ипполит Василь-евич углубил и разработал на новом уровне учение о раневом про-цессе, нагноении как фазе регенерации раны в противовес чисто микроскопическому подходу.

В 1944 году избран академиком Академии медицинских наук СССР, был её вице-президентом (1946—1950 и 1957—1960) и чле-ном президиума. С 1955 года — редактор журнала «Архив патоло-гии». С 1965 года почётный председатель Всесоюзного общества патологоанатомов.

Блестящим завершением и как бы итогом жизни явились ка-питальные руководства: "Патологическая анатомия и патогенез бо-лезней человека", "Общая патология", а также ряд статей и книг по философским вопросам медицины. Эти монографии были удостое-ны в 1964 г. Ленинской премии.

В последнее 20-летие жизни Ипполит Васильевич все больше и больше сосредоточивался на осмысливании философских основ медицины как биологической науки, став крупнейшим философом-медиком нашей эпохи. Изучая вопросы патогенеза, он пришел к вы-воду, что особых механизмов, присущих только болезни, не суще-ствует, что в основе всех патологических процессов лежат физио-логические механизмы, получающие в чрезвычайных условиях осо-бое преломление.

И. В. Давыдовский первый из патологоанатомов занялся био-логией старения, организовал на базе Института морфологии чело-века АМН СССР лабораторию патологии старости, которой руково-дил до 1965 г. За это время им написана блестящая монография "Геронтология".

Ипполит Васильевич был блестящим полемистом и как никто другой мог отстоять свои убеждения. Многочисленные дискуссии по актуальнейшим проблемам медицины были необычайно плодо-творными, рождавшими новый подход к важнейшим проблемам ме-дицины. Последние годы он уделял особое внимание проблеме атеросклероза, который рассматривал как явление биологическое, свойственное возрасту.

Умер 11 июня 1968 года. Похоронен на Новодевичьем клад-бище (7-й участок).

Зинаида Виссарионовна Ермольева родилась 24 октября 1898 г. в семье казака на хуторе Фролов Донской губернии. После окон-чания гимназии в Новочеркасске поступила на медицинский фа-культет Северо-Кавказского университета в Ростове-на-Дону (1917—1921). Исследовательской работой начала заниматься еще в студенческие годы. Свой трудовой путь она начала в качестве ас-систента кафедры микробиологии упомянутого университета и од-новременно заведующего бактериологическим отделением Северо-Кавказского бактериологического института. С 1925 г. возглавляет отдел биохимии микробов в Биохимическом институте им. А. Н. Ба-ха в Москве. Этот отдел в 1934 г. вошел в состав Всесоюзного ин-ститута экспериментальной медицины. С 1945 по 1947 г. 3.В.Ермольева - директор Института биологической профилактики инфекций. В 1947 г. на базе этого института был создан Всесоюз-ный научно-исследовательский институт пенициллина (в последу-ющем Всесоюзный научно-исследовательский институт антибиоти-ков), в котором она заведовала отделом экспериментальной тера-пии. Одновременно с 1952 г. и до конца жизни Зинаида Виссарио-новна возглавляла кафедру микробиологии и лабораторию новых антибиотиков Центрального института усовершенствования врачей (ныне Российская медицинская академия последипломного образо-вания).

З. В. Ермольева автор более 500 научных работ, в том числе 6 монографий. Заслуживают особого упоминания такие работы, как "О лизоциме" (1933, совместно с другими), "О бактериофаге и его применении" (1939), "Холера" (1942), "Пенициллин" (1946), "Пути развития рациональной антибиотикотерапии" (1957), "Антибиотики, интерферон, бактериальные полисахариды" (1971) и др. Ее науч-ные труды посвящены изучению холеры, иммунитета, антибиотиков и биологически активных веществ природного происхождения.

Среди целого ряда интереснейших результатов исследова-ний, проведенных Ермольевой в 30-х гг., наиболее важным было получение (совместно И.С.Буяновской) препарата фермента лизо-цима и разработка методов его практического применения. Уже давно ученые пришли к выводу, что, во-первых, существует антаго-низм между микроорганизмами и, во-вторых, всякий живой организм обладает системой защиты от микробов. Но каковы эти средства защиты? В 1909 г. русский микробиолог П.Н. Лащенков получил из куриного яйца вещество, которое задерживало развитие некоторых микробов. Позже англичанин Александр Флеминг обнаружил это вещество в тканях сердца, печени, легких, а также в слюне и слезах человека. Он назвал его лизоцимом, но практического значения ему не придал. Ермольева смогла разработать метод выделения и кон-центрации лизоцима, установить его химическую природу и исполь-зовать в практике. Она обнаружила и новые источники лизоцима: редька, хрен, репа... Так получили объяснение лечебные свойства древнейших средств народной медицины. Значительно позже, в 1970 г., Ермольева вместе со своими учениками смогла получить и кристаллический лизоцим, который стал широко применяться в хи-рургии, офтальмологии, педиатрии.

В 1935 г. Ермольевой была присуждена докторская степень, а в 1939 г. ее утверждают в ученом звании профессора.

Одним из важных направлений научной деятельности Зинаи-ды Виссарионовны является изучение холеры. В 1923 г. в журнале "Юго-Восточный вестник здравоохранения" была опубликована ее первая статья "К биологии холерного вибриона по материалу эпи-демии за 1922 г. в Ростове-на-Дону", выводы которой не утратили своего значения до наших дней. В 20-х годах публикуются также ре-зультаты исследований о диастатическом ферменте холерных и холероподобных вибрионов; об их холероустойчивости; о желчи как факторе, способствующем биохимической и биологической измен-чивости вибрионов. На основании глубоких, всесторонних исследо-ваний морфологии и биологии холерных и холероподобных вибри-онов З. В. Ермольева предложила новый метод дифференциальной диагностики этих микроорганизмов.

Чтобы доказать роль неагглютинирующихся вибрионов в этио-логии кишечных заболеваний, Зинаида Виссарионовна решила провести опасный для жизни эксперимент на себе. После нейтра-лизации желудочного сока содой она приняла 1,5 млрд микробных тел неагглютинирующихся вибрионов. Через 18 ч наступило рас-стройство кишечника, а еще через 12 ч развилась клиническая кар-тина классического холерного заболевания, а из организма был вы-делен агглютинирующийся вибрион. Позже, вспоминая этот опыт, она писала: "...выделив стойко неагглютинирующийся вибрион, пас-сажем через собственный кишечник превратила его в агглютиниру-ющийся штамм, неотличимый от типичного холерного вибриона".

Особенно большую роль результаты исследований Зинаиды Виссарионовны сыграли в период Великой Отечественной войны в осажденном Сталинграде. Холера была занесена в Сталинград немецкой армией и угрожала нашим войскам распространением по путям эва-куации. В связи с этим по заданию Наркомздрава СССР она вылетела в Сталинград, где работала в составе группы, со-зданной с целью проведения противохолерных мероприятий. Наря-ду с санитарно-гигиеническими мероприятиями решено было про-водить профилактику среди населения всего города и находящихся здесь войск единственным тогда средством профилактики — хо-лерным бактериофагом, полученным в лаборатории З. В. Ермолье-вой и уже опробованным ею при заносе холеры в 1941 г. в регионы на границе с Афганистаном. В это время она разработала ускорен-ный метод бактериологической диагностики холеры, позволявший получить предварительный ответ через 5—6 ч, и метод групповых посевов, который дал возможность увеличить пропускную способ-ность бактериологических лабораторий в 5—10 раз.

В 1943 г. З. В. Ермольевой и Л. М. Якобсон за участие в орга-низации и проведении большой профилактической работы на фронтах Великой Отечественной войны, за разработку новых ме-тодов лабораторной диагностики и фагопрофилактики холеры была присуждена Государственная премия СССР. Эту премию они пере-дали в фонд обороны страны.

В 1960 г. группа ученых, возглавляемая З. В. Ермольевой, впервые в нашей стране получила противовирусный препарат ин-терферон. Этот препарат был применен впервые для лечения тя-желой формы гриппа в 1962 г. и как профилактическое средство. Препарат применяется и в настоящее время для профилактики гриппа и других острых респираторных вирусных инфекций, а также для лечения ряда вирусных заболеваний в глазной и кожной прак-тике.

Имя З. В. Ермольевой неразрывно связано с созданием перво-го отечественного пенициллина, становлением науки об антибиоти-ках, с их широким применением в нашей стране. Большое число ра-неных в первом периоде Великой Отечественной войны требовало интенсивной разработки и немедленного введения в медицинскую практику высокоэффективных препаратов для борьбы с раневой инфекцией. Именно в это время (1942) З. В. Ермольевой и ее со-трудниками во Всесоюзном институте эпидемиологии и микробио-логии был найден активный продуцент пенициллина и выделен первый отечественный пенициллин - крустозин. Уже в 1943 г. лабо-ратория начала готовить пенициллин для клинических испытаний. Работая практически круглосуточно, в чрезвычайно трудных усло-виях военных лет, З. В. Ермольева и ее ученики Т. И. Балезина, Л. М. Левитов, В. А. Северин, А. П. Уразова, Ф. Ф. Цуриков, М. И. Жила-бо получали, испытывали на активность, стерильность и безвред-ность и отправляли в клиники драгоценный препарат.

То, что первооткрывателем пенициллина был А.Флеминг, зна-ют у нас многие. А вот кому известно, что З.В.Ермольева в условиях "железного занавеса" (с обеих сторон!) вела аналогичные исследо-вания, не зная сначала об открытии Флеминга, что сама получила пенициллин, создала технологию производства антибиотика в годы войны и спасла этим десятки тысяч жизней? То, что в истории ми-ровой науки Ермольева оказалась второй, ничуть не умаляет ее за-слуг перед отечеством.

Первые испытания проводились хирургами нескольких клиник Москвы под руководством проф.И.Г.Руфанова, но в основном - в Яузской больнице, где размещался эвакогоспиталь. Именно здесь, в Яузской больнице, пенициллин, созданный под руководством Зина-иды Виссарионовны, получил всеобщее признание. В начале 1944 г. здесь было проведено сравнение эффективности отечественного и английского пенициллинов, которые привез один из его создате-лей, знаменитый Г. Флори из Оксфорда. Лечение проводили в двух группах раненых с сепсисом, находившихся в одинаково тяжелом состоянии. И хотя отечественный пенициллин — крустозин был ме-нее очищен и его применяли в меньших дозах, эфгфект лечения был не хуже, чем при применении английского препарата.

В составе бригады, возглавляемой главным хирургом Совет-ской Армии Н. Н. Бурденко, З. В. Ермольева выезжала на 1-й При-балтийский фронт, где отечественный пенициллин был успешно применен для предупреждения осложнений при тяжелых ранениях. При непосредственном участии З. В. Ермольевой уже в конце 1944 г. на базе фабрики эндокринных препаратов в Москве был открыт экспериментальный цех, который начал выпуск жидкого концентри-рованного пенициллина. Так, в тяжелые годы Великой Отечествен-ной войны начался славный путь отечественного пенициллина, со-зданного Зинаидой Виссарионовной Ермольевой. Многогранный опыт работы по этой проблеме был обобщен ею в известной моно-графии "Пенициллин" (1946).

Позже под руководством З. В. Ермольевой были созданы и внедрены в производство многие новые антибиотики и их лекар-ственные формы, в том числе экмолин, экмоновоциллин, бициллин, стрептомицин, тетрациклин; комбинированные препараты антибио-тиков (дипасфен, эрициклин и др.). Следует подчеркнуть, что Зи-наи¬да Виссарионовна всегда активно участвовала в организации промышленного производства антибиотиков в нашей стране.

З. В. Ермольева была замечательным педагогом. Под ее руко-водством подготовлено и защищено около 180 диссертаций, в том числе 34 докторские. Она была основателем и бессменным редак-тором журнала "Антибиотики", заместителем главного редактора Медицинского реферативного журнала, членом редколлегии меж-дународного "Журнала антибиотиков", издаваемого в Токио, пред-седателем Комитета по антибиотикам, а затем Всесоюзной про-блемной комиссии по антибиотикам, членом Чехословацкого науч-ного общества им. Пуркинье, членом президиума Общества СССР — Канада и др. Родина высоко оценила научный подвиг З. В. Ермо-льевой, наградив ее орденами Ленина (двумя), Трудового Красного Знамени, Знак Почета и многими медалями.

З.В.Ермольева умерла 2 декабря 1974 г.

Никола́й Фёдорович Гамалея (1859 —1949) - врач, микробиолог и эпидемиолог, почётный член АН СССР (с 1940), академик АМН СССР (1945). Лауреат Сталинской премии (1943).

Николай Гамалея родился в Одессе. Его дед М. Л. Гамалея (1749—1830) был врачом, написал в 1789 году монографию о сибирской язве, которая была переведена на немецкий язык. В 1880 году Николай закончил Новороссийский университет (ныне Одесский), а в 1883 году Петербургскую военно-медицинскую академию. После учёбы он вернулся в Одессу, где начал работать в больнице О. О. Мочутковского (проработал там 49 лет). Н.Ф.Гамалея одним из первых в Российской империи начал развивать отечественную бактериологию. В 1885 году на конкурсной основе Николая Федоровича избрали для командировки в Париж в лабораторию Луи Пастера для углубления опыта в области бактериологии.

По приезде в Париж на протяжении года изучал в лаборатории Л. Пастера бешенство. Изучив метод приготовления вакцины и методику прививки против бешенства, Н. Ф. Гамалея вернулся в Одессу. Здесь, совместно с И. И. Мечниковым, он основал городскую лабораторию (ныне — НИИ им. И. И. Мечникова) для проведения научно-исследовательской работы, где вскоре начал прививку подопытных животных (кроликов).

В 1886 году, при содействии Луи Пастера, Н. Ф. Гамалея учредил совместно с И. И. Мечниковым и Я. Ю. Бардахом первую в России (и вторую в мире) бактериологическую станцию и впервые в России осуществил вакцинацию людей против бешенства. За первые 3 года своей деятельности Одесская станция сделала прививку приблизительно 1500 человек. Смертность, составлявшая около 2,5 %, с усовершенствованием метода снизилась до 0,61 %.

В 1887 году активизировалась консервативная критика относительно Луи Пастера и его методов лечения — его подвергли жёсткой обструкции на заседании Парижской медицинской академии. В результате в Англии была создана специальная комиссия по проверке пастеровского метода во главе с известным профессором Педжетом. Имея на руках накопленный на тот момент опыт работы Одесской бактериологической станции и убедительную статистику её успешных прививок, Н.Ф.Гамалея выехал в Англию, где выступил на заседании комиссии, организовав уверенную защиту новаторских идей Луи Пастера и бактериологов.

В течение пяти последующих лет Николай Гамалея, постоянно находясь между Парижем и Одессой, помогал Пастеру в борьбе с реакционными научными работниками, приобретая теоретический и практический опыт. Практика прививок в Одессе, углубленная научными поисками Николая Фёдоровича Гамалеи и его сотрудника доктора Я. Ю. Бардаха послужили основанием для учёных полностью подтвердить принципы пастеровского метода.

В 1892 году, вернувшись в Россию, Н. Ф. Гамалея защитил докторскую диссертацию «Этиология холеры с точки зрения экспериментальной патологии» (опубликована в 1893 году). С 1899 по 1908 год он был директором основанного им Бактериологического института в Одессе. Изучал роль корабельных крыс в распространении болезни, а в 1901—1902 годах руководил противоэпидемическими мероприятиями во время вспышки чумы в Одессе, организовав сплошную дератизацию. В последующие годы вёл борьбу с холерой на юге России. В 1908 году впервые доказал, что сыпной тиф передается через вшей. Много работал над профилактикой тифов, холеры, оспы и других инфекционных заболеваний. В 1910 году впервые обосновал значение дезинсекции в целях ликвидации тифа. В 1910—1913 годах Н. Ф.Гамалея издавал и редактировал журнал «Гигиена и санитария».

В 1912 году Н. Ф. Гамалея переезжает на постоянное место жительство в Санкт-Петербург. С 1912 по 1928 год он руководил Петербургским (Петроградским) оспопрививательным институтом имени Дженнера. По инициативе Н. Ф. Гамалеи, с помощью разработанного им метода приготовления противоосповой вакцины, в 1918 году в Петрограде была проведена всеобщая прививка от оспы, принятая затем по всей стране, согласно декрету от 10 апреля 1919 года, подписанного В. И. Лениным. В 1918-1919 годах Н. Ф. Гамалея изучал методы приготовления вакцины от сыпного тифа.

С 1930 по 1938 год Н. Ф. Гамалея - научный руководитель Центрального института эпидемиологии и микробиологии в Москве (в настоящее время носит его имя). С 1938 года и до конца жизни Н. Гамалея работал профессором кафедры микробиологии 2-го Московского медицинского института, с 1939 года — заведующий лабораторией института эпидемиологии и микробиологии АМН СССР. С 1939 года Н. Ф. Гамалея — Председатель, впоследствии Почётный председатель Всесоюзного общества микробиологов, эпидемиологов и инфекционистов.

Ещё в 1899 году учёный выразил мнение о «невидимых микробах» — возбудителях рака. Вирусной теории рака он придерживался до конца своей жизни.

В последние годы жизни учёный разрабатывал вопросы общей иммунологии, вирусологии, изучал оспу, грипп (в 1942 году им был представлен метод профилактики гриппа путём обработки слизистой оболочки носа препаратами олеиновой кислоты), интенсивно разрабатывал проблему специфического лечения туберкулёза.

В 1948 году на 90-м году жизни Н. Ф. Гамалея вступил в ВКП(б), сославшись на обещание стать членом партии, которое он дал в своё время Ленину.

В 1954—1956 годах было издано шеститомное собрание научных трудов Н. Ф. Гамалеи. Учёный воспитал целую плеяду советских микробиологов, которые своими трудами и открытиями прославили имя своего учителя.

Николай Фёдорович Гамалея умер 29 марта 1949 года в Москве; похоронен на Новодевичьем кладбище.

Кольцо́в Никола́й Константи́нович (1872 - 1940) - биолог, основатель русской советской школы экспериментальной биологии, автор основополагающей идеи матричного синтеза хромосом.

Кольцов был «купеческим сыном», родился в Москве в семье бухгалтера крупной меховой фирмы. Блестяще окончил 6-ю Московскую гимназию. В 1890 году поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета, где поначалу специализировался в области сравнительной анатомии и сравнительной эмбриологии. Научным руководителем Кольцова в этот период был один из ведущих русских зоологов М. А. Мензбир. В 1895 году Мензбир рекомендовал Кольцова по окончании университета к оставлению «для подготовки к профессорскому званию». С 1899 года Кольцов — приват-доцент Московского университета. После трёхлетних занятий и успешной сдачи шести магистерских экзаменов Кольцов был командирован на два года за границу. Работал в лабораториях Германии (у Бючли и Флемминга) и на морских биостанциях в Италии и Франции. Собранный материал послужил основой для магистерской диссертации, которую Кольцов защитил в 1901 году. Работы Кольцова по биофизике клетки и, особенно, по факторам, определяющим форму клетки, стали классическими и вошли в научные сводки и учебники под названием «принцип Кольцова».

В 1905 году участвовал в деятельности либерально-демократического кружка молодых учёных Московского университета, возглавляемого социал-демократом астрономом П. К. Штернбергом. После военного подавления декабрьского восстания отказался защищать докторскую диссертацию в условиях закрытого заседания. Издав книгу «Памяти павших» и распространяя её в своём рабочем кабинете Института сравнительной анатомии, вызвал неудовольствие и гнев своего научного руководителя, а позднее и неудовольствие ректора. В течение 1906—1909 годов усилиями М. А. Мензбира был ограничен в преподавательской и научной деятельности, вследствие чего был вынужден большую часть своих интересов перенести в Городской народный университет имени Шанявского. В 1912 году организовал там первую учебно-исследовательскую лабораторию экспериментальной биологии, привлекавшую слушателей Императорского университета и Высших женских курсов. Стены родного университета покинул в знак протеста профессуры и приват-доцентов против ущемления частичной автономии в 1911 году. Смог вернуться в альма-матер только после февраля 1917 года, где преподавал до 1929 года, когда и университет, и АН СССР подверглись реорганизации.

Член-корреспондент Петербургской академии наук с 1916 года (Российской — с 1917-го, АН СССР — с 1925-го), академик ВАСХНИЛ (1935).

В 1920 году Кольцов рассматривался как один из обвиняемых по делу «Тактического центра», организованному Я.С.Аграновым. Приговорён верховным ревтрибуналом в числе девятнадцати обвиняемых к расстрелу, однако расстрел был заменён, по одним данным, на условное тюремное заключение на пять лет, по другим, — на концентрационный лагерь до конца гражданской войны. Освобождён по распоряжению Ленина, к которому явился с протестом М. Горький.

Научная деятельность

Первым разработал гипотезу молекулярного строения и матричной репродукции хромосом («наследственные молекулы»), предвосхитившую главнейшие принципиальные положения современной молекулярной биологии и генетики (1928). Первым из русских учёных привнёс физико-химический метод, вошедший в набор основных методов биологических исследований. Показал, главным образом на сперматозоидах десятиногих ракообразных, формообразующее значение клеточных «скелетов» (кольцовский принцип), действие ионных рядов на реакции сократимых и пигментных клеток, физико-химических воздействий на активацию неоплодотворённых яиц к развитию.

Достижения
  • Организатор первых экспериментальных лабораторий в России.
  • Создатель Института экспериментальной биологии в Москве (лето 1917 года).
  • Один из основателей генетики в России и слияния её достижений с эволюционной теорией.
  • Организатор крупнейшей кафедры экспериментальной биологии в Московском университете (впоследствии она послужила основой для пяти кафедр биофака МГУ).
  • Организатор и глава Русского евгенического общества, задачи которого позднее реализовались в области медицинской генетики. Первое заседание общества состоялось 19—20 ноября 1920 года в ИЭБ.
  • Организатор и участник создания трёх биостанций (Звенигородской, Аниковской и Кропотовской).
  • Организатор и редактор ряда периодических научных изданий.
  • Создал фундамент отечественной школы экспериментальной биологии, которая противостояла лженаучным теориям Т. Лысенко и впоследствии смогла их окончательно преодолеть.

Скончался в 1940 году от обширного инфаркта после снятия с директорства в ИЭБ и допросов по делу Н.И.Вавилова. Похоронен на Введенском кладбище в Москве вместе с женой, принявшей яд после его кончины.

Алекса́ндр Порфи́рьевич Бороди́н (1833 - 1887) - композитор, учёный - химик и медик. Участник «Могучей кучки». Основоположник русского эпического симфонизма.

А.П.Бородин родился в Санкт-Петербурге 31 октября [12 ноября] 1833 от внебрачной связи 62-летнего имеретинского князя Луки Степановича Гедианова (Гедеванишвили), (1772—1840) и 25-летней Авдотьи Константиновны Антоновой и при рождении был записан сыном крепостного слуги князя - Порфирия Ионовича Бородина и его жены Татьяны Григорьевны. До 8 лет мальчик являлся крепостным своего отца, который перед смертью в 1840 году дал сыну вольную и купил четырёхэтажный дом для него и Авдотьи Константиновны, выданной замуж за военного врача Клейнеке. В первой половине XIX века внебрачные связи не афишировались, поэтому имена родителей скрывались и незаконнорождённого мальчика представляли как племянника Авдотьи Константиновны. Из-за происхождения, не позволявшего поступить в гимназию, Бородин проходил домашнее обучение по всем предметам гимназического курса, изучал немецкий и французский языки и получил прекрасное образование.

Уже в детстве обнаружил музыкальную одарённость, в 9 лет написав первое произведение — польку «Helen». Обучался (по воле матери преимущественно дома) игре на музыкальных инструментах — вначале на флейте и фортепиано, а с 13 лет — на виолончели[3]. В это же время создал первое серьёзное музыкальное произведение — концерт для флейты с фортепиано. В возрасте 10 лет стал интересоваться химией, которая с годами из увлечения превратилась в дело всей его жизни. Однако занятиям наукой и получению высшего образования препятствовало всё то же «незаконное» происхождение молодого человека, которое, при отсутствии легальной возможности изменения общественного статуса, вынудило мать Бородина и её мужа воспользоваться ведомством чиновников Тверской казённой палаты, чтобы записать сына в Новоторжское третьей гильдии купечество. Он получил право закончить гимназию и продолжить своё образование в высшем учебном заведении.

Летом 1850 года Бородин отлично сдал экзамены на аттестат зрелости в Первой Санкт-Петербургской гимназии, а в сентябре того же года семнадцатилетний «купец» Александр Бородин поступил вольнослушателем в петербургскую Медико-хирургическую академию, которую окончил в декабре 1856 года. Изучая медицину, Бородин продолжал заниматься химией под руководством Н. Н. Зинина. В марте 1857 года молодой медик был назначен ординатором Второго военно-сухопутного госпиталя, где познакомился с находившимся на лечении офицером М.П. Мусоргским.

В 1858 году Бородин получил степень доктора медицины, проведя химические исследования и защитив диссертацию по теме «Об аналогии фосфорной и мышьяковой кислоты в химических и токсикологических отношениях». В том же году Военно-медицинский учёный Совет направил Бородина в Солигалич для изучения состава минеральных вод основанной в 1841 году купцом В. А. Кокоревым водолечебницы. Отчёт о работе, опубликованный в газете «Московские ведомости» в 1859 году, стал настоящим научным трудом по бальнеологии, который принёс автору широкую известность.

С 1859 года Александр Бородин совершенствовал свои познания в области химии за границей — первоначально в Германии (Гейдельбергский университет). В сентябре 1860 г. Бородин наряду с Зининым и Менделеевым (первый был его учителем, второй — другом) участвовал в знаменитом международном конгрессе химиков в Карлсруэ. Здесь даны были чёткие определения понятиям «атом» и «молекула» («частица», «корпускула»), что означало окончательное торжество атомно-молекулярной теории строения вещества, а также признаны т. н. «новые» атомные веса, установленные трудами гениального французского химика Жерара (ум. 1856) и его учеников. Осенью 1860 года Бородин и Менделеев посетили Геную и Рим, преследуя цели чисто туристические, после чего Менделеев вернулся в Гейдельберг, а Бородин уехал в Париж, где провёл зиму. В Париже Бородин занимался серьёзной научной работой, посещал библиотеку, слушал лекции известных учёных.

Весной 1861 года Бородин вернулся в Гейдельберг. Здесь в мае 1861 года он познакомился с Е.С.Протопоповой - молодой незамужней женщиной, приехавшей в Германию для лечения. Екатерина Сергеевна оказалась замечательной пианисткой и обладательницей абсолютного музыкального слуха. По её воспоминаниям, Бородин «тогда ещё почти вовсе не знал Шумана, а Шопена разве немного больше». Встреча с новыми музыкальными впечатлениями пробудила интерес Бородина к композиции, который начал было несколько угасать, а Екатерина Сергеевна вскоре стала его невестой. В сентябре её здоровье значительно ухудшилось, и гейдельбергский профессор дал рекомендацию срочно переменить климат - ехать на юг, в Италию, в Пизу. Бородин сопровождал её. После визита к профессору химии Пизанского университета Де-Лука, который встретил русского коллегу «в высшей степени любезно», Бородин получил возможность заниматься в университетской лаборатории, где «предпринял серьёзную работу с фтористыми соединениями».

По возвращении в Россию Бородин получил должность адъюнкт-профессора Медико-хирургической академии. Новая должность отнюдь не улучшила материальное положение молодого учёного: жалованье составляло только 700 рублей в год, тогда как прежде, числясь ординатором госпиталя, он получал 900 рублей в год. Кроме того, Бородин долго не мог получить обещанную ему казённую квартиру в новом здании Естественноисторического факультета. Материальная и бытовая неустроенность побудила Бородина отложить свадьбу, которая состоялась только в апреле 1863 года. Материальные проблемы преследовали семью всю оставшуюся жизнь.

С 1864 года Бородин — ординарный профессор, с 1874 года — руководитель химической лаборатории, а с 1877 года — академик Медико-хирургической академии. С 1883 — почётный член Общества русских врачей. А. П. Бородин — ученик и ближайший сотрудник выдающегося химика Н.Н. Зинина, вместе с которым в 1868 году стал членом-учредителем Русского химического общества.

Автор более 40 работ по химии. Именно А. П. Бородин открыл способ получения бромзамещённых углеводородов действием брома на серебряные соли кислот, известный как реакция Бородина — Хунсдикера, первым в мире (в 1862 году) получил фтороорганическое соединение — фтористый бензоил, провёл исследование ацетальдегида, описал альдоль и химическую реакцию альдольной конденсации.

Ещё во время учёбы в Медико-хирургической академии Бородин начал писать романсы, фортепианные пьесы, камерно-инструментальные ансамбли, чем вызывал недовольство своего научного руководителя Зинина, считавшего, что занятие музыкой мешает серьёзной научной работе. По этой причине во время своей стажировки за границей Бородин, не отказавшийся от музыкального творчества, вынужден был скрывать его от коллег.

А. П. Бородин по возвращении в Россию в 1862 познакомился с композитором Милием Балакиревым и вошёл в его кружок (получивший в позднейшей традиции название «Могучая кучка»). Под влиянием М. А. Балакирева, В. В. Стасова и других участников этого творческого объединения определилась музыкально-эстетическая направленность взглядов Бородина, как приверженца русской национальной школы в музыке и последователя М.И. Глинки. В музыкальном творчестве Бородина отчётливо звучит тема величия русского народа, патриотизма и свободолюбия, совмещающая в себе эпическую широту и мужественность с глубоким лиризмом.

Творческое наследие Бородина, совмещавшего научную и преподавательскую деятельность со служением искусству, сравнительно невелико по объёму, однако внесло ценнейший вклад в сокровищницу русской музыкальной классики. Наиболее значительным произведением Бородина по праву признаётся опера «Князь Игорь», являющаяся образцом национального героического эпоса в музыке. Автор работал над главным произведением своей жизни в течение 18 лет, но опера так и не была окончена: уже после смерти Бородина оперу дописали и сделали оркестровку по материалам Бородина композиторы Н.А. Римский-Корсаков и А.К. Глазунов. Поставленная в 1890 году в Санкт-Петербургском Мариинском театре, опера, отличавшаяся монументальной цельностью образов, мощностью и размахом народных хоровых сцен, яркостью национального колорита в традициях эпической оперы Глинки «Руслан и Людмила», имела большой успех и до настоящего времени остаётся одним из шедевров отечественного оперного искусства.

Заслугой Бородина перед обществом является активное участие в создании и развитии возможностей для получения женщинами высшего образования в России: он являлся одним из организаторов и педагогов Женских врачебных курсов, на которых преподавал с 1872 до их ликвидации в 1885 году. Значительное время Бородин уделял работе со студентами и, пользуясь своим авторитетом, защищал их от политических преследований властей в период после убийства императора Александра II.

Сергей Евгеньевич Северин родился 21 декабря 1901 года в Москве. В 1918 голу после окончания гимназии С.Е. Северин поступил сразу на два (историко-филологический и медицинский) факультета Московского университета. Лекции по дисциплинам философского отделения не слишком увлекли С.Е.Северина, и с декабря 1918 года он приступил к обучению на медицинском факультете. Будучи студентом второго курса, С.Е. Северин увлекся изучением аналитической и биологической химии, и в 1920 году он обратился к заведующему кафедрой биологической химии профессору В.С.Гулевичу с просьбой работать в его лаборатории и изучать биологическую и медицинскую химию.

В 1924 году С.Е. Северин закончил медицинский факультет и поступил в аспирантуру, одновременно став научным сотрудником лаборатории В.С. Гулевича. В это же время С.Е. Северин начал работать в физиологической лаборатории Института профессиональных заболеваний, возглавляемой учеником И.П. Павлова профессором И.П. Разенковым. Именно в это время С.Е. Северин начал свои фундаментальные исследования дыхательной функции крови при различных физиологических и патофизиологических состояниях.

В 1931 году С.Е. Северин приступил к организации кафедры физической и биологической химии в III Московском медицинском институте. Это была одна из первых кафедр биологической химии в медицинских вузах. В начале 30-х годов на биологическом факультете Московского Государственного университета была создана кафедра физиологии, и тогдашний заведующий кафедрой профессор И.Л. Кан пригласил С.Е. Северина создать практикум по биологической химии для студентов кафедры биохимии. Таким образом, уже в начале 30-х годов С.Е. Северин активно участвовал как в научной, так и в педагогической деятельности в III Московском медицинском институте и в Московском государственном университете. В 1933 году скончался В.С. Гулевич, и научные проблемы, разрабатывавшиеся в его лаборатории и касавшиеся исследования природных азотсодержащих соединений, стали предметом подробных исследований в научных коллективах, возглавляемых С.Е. Севериным.

В 1939 году было принято решение об организации кафедры биохимии на биологическом факультете МГУ, и С.Е. Северин стал первым заведующим этой кафедры, оставаясь на этом посту более 50 лет. Вторым профессором кафедры биохимии стал Владимир Александрович Энгельгардт, один из наиболее ярких и талантливых российских биохимиков, который на протяжении многих лет читал курс лекций по энзимологии. С самого создания кафедры биохимии С.Е. Северин сумел собрать и сплотить коллектив молодых увлеченных ученых, которые с энтузиазмом участвовали как в научной, так и в педагогической деятельности. Успешное начало работы кафедры было прервано Великой Отечественной войной.

В 1945 году С.Е. Северин был назначен директором Института питания АМН СССР и избран членом-корреспондентом АМН СССР. Работая в Институте питания, С.Е. Северин координировал исследования в области витаминологии и лечебного питания, однако при этом не прерывал своей педагогической и организационной работы на двух кафедрах биохимии - в III Медицинском институте и на Биологическом факультете МГУ. В 1948 году С.Е. Северин был избран действительным членом АМН СССР и академиком-секретарем ее медико-биологического отделения. Одновременно с этим С.Е. Северин руководил научными исследованиями, проводимыми в руководимых им лабораториях, работавших в Институте туберкулеза и Институте гематологии. В ходе этих исследований было установлено, что при туберкулезе происходит отклонение от нормы диссоционных кривых оксигемоглобина и нарушения окислительного обмена в периферических тканях. Помимо этого были разработаны рецептуры растворов, удлиняющих сроки консервирования крови. Эти исследования помимо большого теоретического значения были важны и с практической точки зрения и были использованы в практической медицине.

С.Е.Северин работал в должности академика-секретаря медико-биологического отделения АМН СССР на протяжении 8 лет (1948-1957). Это время было очень сложным и трагичным для отечественной биологической науки. В 1948 году состоялась печально знаменитая сессия ВАСХНИЛ, а в 1950 году не менее знаменитая объединенная сессия АН и АМН СССР, посвященная проблемам физиологического учения академика И.П.Павлова. На обоих этих мероприятиях ставились под сомнения достижения современной генетики и экспериментальной биологии и торжествовали идеологически выдержанные, но и зачастую совершенно абсурдные взгляды. Кроме того начались гонения на генетиков и биологов-экспериментаторов, чьи результаты не вполне совпадали с догмами, провозглашенными на этих конференциях. В этих условиях было очень трудно бороться с засильем мракобесия и абсурда в биологии. Несомненной заслугой С.Е. Северина было то, что в это сложное время он смог защитить многих коллег от гонений, помог сохранить научные коллективы и лаборатории, которые были под угрозой ликвидации.

В 1953 году С.Е.Северина избрали членом-корреспондентом Академии наук СССР и ввели в состав бюро биологического отделения Академии наук СССР. На следующий год на Ленинских горах было открыто новое здание МГУ, и кафедра биохимии биологического факультета получила новые возможности для своего развития. На протяжении многих лет научные исследования кафедры в основном касались азотистых экстрактивных веществ различных типов мышц. В начале-середине 50-х годов на кафедре начали развиваться исследования, касающиеся механизмов получения энергии и окислительного фосфорилирования. В этих исследованиях принимали участие как штатные сотрудники, так и вчерашние выпускники кафедры биохимии М.Н. Кондрашова, В.П. Скулачев, А.Д. Виноградов, ставшие в настоящее время ведущими учеными-биоэнергетиками.

В 1957 году С.Е. Северин стал заведующим лабораторией в Институте фармакологии АМН СССР. В этой лаборатории проводились интенсивные и эффективные исследования новых кардиологических препаратов. Кроме того, разрабатывались рекомендации по использованию различных фармакологических препаратов в практической медицине. Организационно-административная деятельность С.Е. Северина была очень обширной. С 1955 по 1967 год он был главным редактором журнал «Вопросы медицинской химии», с 1967 по 1988 – главным редактором журнала «Биохимия». Кроме того, на протяжении 23 лет (с 1969 по 1992 г) С.Е. Северин был бессменным Президентом Всесоюзного биохимического общества. Несмотря на огромную административную загруженность С.Е. Северин продолжал уделять основное внимание научной и педагогической деятельности, которая в основном проходила на кафедре биохимии биологического факультета МГУ.

В 1965 году по инициативе академика А.Н.Белозерского в Московском университете была создана межфакультетская лаборатория биоорганической химии (в настоящее время эта лаборатория называется Научно-исследовательским институтом физико-химической биологии имени А.Н.Белозерского). В этой лаборатории было создано несколько отделов, в том числе отдел биоэнергетики, который возглавил выпускник кафедры биохимии В.П.Скулачев, и отдел животной клетки, который возглавил С.Е.Северин. Этот отдел в определенном смысле стал частью кафедры биохимии, потому что в нем работали и продолжают работать многие выпускники кафедры. К середине 60-х годов главным направлением исследований, проводимых на кафедре, становится энзимология. С.Е. Севериным была создана школа энзимологов, успешно исследовавших практически все ферменты, тем или иным образом участвующие в синтезе или распаде АТР.

Вероятно, главным достижением С.Е. Северина было и остается создание школы отечественных биохимиков. За время существования кафедра биохимии подготовила более тысячи высоко квалифицированных биохимиков широкого профиля, способных работать в различных областях биологии. Среди выпускников кафедры генетик, академик РАН С.В. Шестаков, биофизик, академик РАМН Ю.А. Владимиров, молекулярные биологи, академики РАН Л.Л. Киселев и В.А. Гвоздев. Бывшие выпускники кафедры успешно работали и работают в области биоэнергетики (академик РАН В.П. Скулачев), биохимии мышц (член-корреспондент РАН Б.Ф. Поглазов) и молекулярной эндокринологии (академик РАН и РАМН В.А. Ткачук).

Заслуги С.Е. Северина общепризнанны, он был избран действительным членом АМН и АН СССР, был иностранным членом Польской академии наук и Академии естествоиспытателей Леопольдина (ГДР). В 1971 году С.Е. Северин был удостоен звания Героя Социалистического Труда, а в 1982 г. ему была присуждена Ленинская премия в области науки и техники.

Скончался С.Е. Северин 15 августа 1993 года.

Генеральный информационный партнер

Генеральный интернет-партнер

Официальный информационный партнер




Яндекс.Метрика